В последнее время о добыче газа и нефти в украинском секторе Черноморского шельфа вспоминают в основном в связи со скандалом вокруг Vanco. Между тем ситуация в области морской добычи углеводородов в Украине в последние годы складывается весьма неблагоприятно. Вклад шельфовой зоны в общий объем добычи газа в Украине в 2009 г. составил немногим более 5.7%, а нефти — менее 0.3%.

Подводный газ

Недавняя шумиха вокруг открытия на черноморском дне крупных залежей газовых гидратов как-то отодвинула на второй план традиционные месторождения нефти и газа на шельфе Черного моря. Между тем именно они должны стать основой для запланированного увеличения морской добычи газа в Украине.

О том что на Черноморско-Азовском шельфе есть залежи природного газа, стало известно еще в конце 60-х годов. В 1971 г. проведено первое успешное глубоководное бурение, а в 1975 г. на Голицинской структуре, расположенной к северо-западу от Тарханкутского полуострова, был получен промышленный газ. В дальнейшем освоено еще несколько месторождений. В 1979 г. создано производственное объединение "Черноморнефтегаз", задачей которого стало освоение углеводородных ресурсов Черного и Азовского морей. В 1986 г. добыча газа на Черноморско-Азовском шельфе достигла 1.144 млрд куб м — рекорд, который пока так и не побит.

Во времена СССР черноморский газ рассматривался исключительно как источник снабжения Крымского полуострова. Поэтому добыча не форсировалась и медленно наращивалась параллельно с созданием соответствующей инфраструктуры. Основной рост пришелся на первую половину 80-х годов, когда добыча на Глебовском месторождении стала падать (в 1991 г. на его базе было создано единственное в Крыму газохранилище с активным объемом около 1 млрд куб м) и морские источники газа должны были придти ему на замену.

В кризисные 90-е годы работа на шельфе замедлилась. Скорее по инерции было введено в эксплуатацию Штормовое газоконденсатное месторождение в декабре 1993 г. Впрочем, в 1996 г. Кабмин утвердил программу расширения производства углеводородов на шельфе, предусматривающую доведение объема добычи газа к 2010 г. до 6.2 млрд куб м, а нефти — до 3.3 млн т в год.

Возможности для этого были. Ресурсная база углеводородов украинского сектора акватории Черного и Азовского морей оценивалась в 1.532 млрд т условного топлива, из которых 604 млн т приходились на мелководную северо-западную часть Черного моря, 257 млн т — на прикерченский шельф и 325 млн т — на Азовское море. Прогнозные запасы газа, по оценкам специалистов, составляли 170 млрд куб м, нефти — 80 млн т. Не очень много по мировым меркам, но вполне достаточно, чтобы существенно уменьшить зависимость Украины от импорта углеводородного сырья. Программа 1996 г. была выполнена лишь в самом минимальном объеме. Тем не менее, в начале текущего десятилетия рост добычи возобновился.

В 2006 г. "Черноморнефтегаз" довел объем добычи газа до максимального уровня — 1.277 млрд куб м, эксплуатируя восемь месторождений, из которых пять находились на мелководном Черноморско-Азовском шельфе и три — на суше. В течение нескольких следующих лет компания планировала приступить к освоению Одесского и Безымянного газовых и нефтяного Субботинского месторождений. Объем инвестиций оценивался более чем в 3.5 млрд грн, но зато к 2017 г. планировалось довести добычу газа на шельфе до 3.5 млрд куб м, а нефти, которую "Черноморнефтегаз" практически не добывал, — до 1.8 млн т в год.

Кроме того, рассматривались планы привлечения иностранных компаний к разведке и разработке более глубоководных месторождений, не досягаемых для "Черноморнефтегаза" (может добывать нефть и газ на глубинах только до 70 м). Помимо печально известной Vanco, для разработки этих проектов были привлечены также канадская компания Shelton Canada и британская CBM Oil.

Все три компании были связаны с определенными украинскими бизнес-кругами, что, очевидно, и привело к острой конфронтации с Юлией Тимошенко летом 2008 г. Впрочем, в 2007-2008 гг. переговоры об участии в проектах добычи нефти и газа в украинском секторе Черного моря велись и с более мощными структурами — американской Marathon Oil, австрийской OMV и даже с Shell и "Газпромом". Однако после скандала с Vanco эти контакты были фактически свернуты.

В итоге разработка нефтегазовых месторождений Черного и Азовского морей резко замедлилась. В начале 2009 г. тогдашний председатель правления "Черноморнефтегаза" Анатолий Присяжнюк жаловался СМИ, что у компании нет денег на освоение новых участков, а добыча на старых, большинство из которых введены в эксплуатацию в прошлом веке, постепенно снижается. Будучи частью "Нафтогаза", "Черноморнефтегаз" не имел возможности самостоятельно привлекать кредиты и мог рассчитывать только на свои собственные ресурсы и финансовую поддержку либо государства, либо головной компании. Однако и с тем, и с другим возникли значительные проблемы.

Как отмечали еще в 2006 г. в "Черноморнефтегазе", компания добывает "самый дешевый в мире морской газ", стоимость которого составляет всего $35 за 1 тыс куб м. Прибыль компания получала в основном за счет продажи газа промышленным потребителям (300-400 млн куб м в год). В 2006 г. компания получила около 150 млн грн прибыли при около 800 млн грн валового дохода. Этого было маловато для крупномасштабных инвестиций, но хватало для постепенного развития месторождений и инфраструктуры.

Все сначала

В 2008-2009 гг. финансовое положение "Черноморнефтегаза" значительно ухудшилось. В 2008 г. компанию в законодательном порядке обязали продавать весь свой газ по фиксированной низкой цене, резко увеличились платежи и отчисления в бюджет за счет введения ренты на газ и конденсат, добываемые из морских месторождений.

В то же время, по словам А.Присяжнюка, себестоимость морской добычи газа, как минимум, вдвое выше, чем на суше. В 2008 г. "Черноморнефтегаз" заплатил государству 357 млн грн обязательных платежей, тогда как в 2006 г. — 120 млн грн. Отчисления из госбюджета на геологоразведку сократились до 4 млн грн по сравнению с около 100 млн грн в 2006 г. Были приостановлены инвестиции в развитие газовой инфраструктуры на Крымском полуострове, что делало бессмысленными любые планы по расширению добычи газа: его просто было бы некуда девать.

В декабре 2009 г. тогдашний премьер-министр Юлия Тимошенко заявила, что в 2010 г. Украина начнет интенсивную разработку черноморских нефтегазовых месторождений за государственные средства и таким образом обойдется без привлечения Vanco и любых других иностранных компаний. Ни о конкретных источниках финансирования, ни о планируемом объеме капвложений ничего не было сказано. Продолжения эта тема не получила, а после президентских выборов политику в отношении нефтегазодобычи на шельфе стала разрабатывать уже новая команда.

В принципе, существуют три возможности дальнейшего освоения углеводородных резервов Черного и Азовского морей. Первая заключается в продолжении прежней политики самостоятельной разработки силами "Черноморнефтегаза".

Вторая, пример которой на постсоветском пространстве продемонстрировали, в частности, Казахстан и Азербайджан, подразумевает создание совместных предприятий или международных консорциумов для реализации проектов освоения конкретных месторождений.

Наконец, третья — это предоставление участков для иностранных компаний в рамках соглашений о разделе продукции. К ней прибегают в основном страны, испытывающие нехватку финансовых ресурсов и/или не имеющие необходимых технологий. Насколько можно судить по первым месяцам деятельности правительства Николая Азарова, в той или иной степени предполагается использовать все три стратегии.

Безусловно, "Черноморнефтегаз" сейчас находится не в лучшей финансовой форме. Прибыль компании в 2008 г. составила только 3 млн грн, а в 2009 г. — 12.7 млн грн. Компания вынуждена продавать добытый газ по 289 грн ($36.4) за 1 тыс куб м (без НДС). При этом добыча сократилась в 2009 г. до 1.165 млрд куб м.

В конце 2009 г. – начале 2010 г. под руководством нового председателя правления Валерия Ясюка была разработана программа финансовой стабилизации "Черноморнефтегаза" на 2010 г. Коротко ее можно охарактеризовать как наведение порядка — повышение эффективности за счет оптимизации внутренних ресурсов, в том числе — оказания платных услуг сторонним организациям.

Компания обратилась к руководству государства с предложениями об отмене рентной платы за газ, добываемый на морских месторождениях, включении инвестиционной составляющей в стоимость газа, повышении тарифа на хранение газа в Глебовском хранилище, а также возобновлении практики прямых продаж газа промпотребителям и в качестве сжатого газа — на автомобильных газонаполнительных компрессорных станциях.

На текущий год также запланирована весьма обширная производственно-инвестиционная программа, предусматривающая, в частности, бурение новой эксплуатационной скважины на Штормовом месторождении (передана производственникам в начале июня), интенсивное проведение разведочных работ, совершенствование наземной инфраструктуры. Кроме того, "Черноморнефтегаз" рассчитывает направить около 100 млн грн на обустройство Архангельского нефтяного месторождения.

В апреле "Черноморнефтегаз" утвердил стратегию развития компании на пять лет, в рамках которой планируется в 2012 г. ввести в эксплуатацию Одесское газовое и Субботинское нефтяное месторождения, а в 2015 г. — Безымянное газовое. К 2015 г. это даст возможность увеличить добычу газа до более 1.5 млрд куб м, а нефти — до более 300 тыс т в год с перспективой дальнейшего расширения. Также предусматривается наращивание ресурсной базы компании посредством проведения широкомасштабных геолого-разведочных работ на шельфе Черного и Азовского морей.

В.Ясюк называл три возможных источника финансирования программы — собственные ресурсы компании, прямые отчисления из госбюджета и помощь со стороны "Нафтогаза Украины". Только на геолого-разведочные работы нужно выделить из госбюджета не менее 300 млн грн в год. Возможно также привлечение кредитных ресурсов, в том числе на внешнем рынке. Но для этого компания должна быть прибыльной и надежной с точки зрения иностранных инвесторов, а по возможности, и заручиться государственными гарантиями.

В принципе, ничего невозможного здесь нет, хотя вопрос упирается в одну из наиболее острых для украинской нефтегазовой отрасли проблем с газовыми тарифами. В условиях хронической нехватки финансовых ресурсов, которую правительство, очевидно, будет испытывать еще не один год, единственным источником инвестиционных ресурсов для "Черноморнефтегаза" (и "Нафтогаза Украины" в целом), по сути, могут быть только кошельки конечных потребителей. Иными словами — повышение цен на газ для теплокоммунэнерго и населения.

В любом случае, в ближайшие несколько лет "Черноморнефтегаз" даже при самых благоприятных условиях не сможет существенно увеличить добычу газа, хотя по нефти его вклад может оказаться весьма весомым (с нынешних 0.3% он может возрасти до 10% к 2015 г.). Судя по всему, и до 2020 г. компания сможет добавить в общий газовый баланс Украины не более 2-2.5 млрд куб м газа.

Возможны варианты

Создание совместных предприятий по добыче нефти и газа на Черноморском шельфе пока связывается исключительно с "Газпромом". В качестве его базы предлагается т.н. "поднятие Палласа", которое находится как раз на границе российского и украинского секторов. Потенциальные ресурсы этого участка оцениваются в около 490 млн т нефти и 60 млрд куб м газа, однако большие глубины (до 1000 м) требуют использования современных технологий глубоководной добычи, которыми ни Украина, ни Россия не владеют.

Лицензия на разведку российской части "поднятия Палласа" принадлежит небольшой компании, которую связывают с российским металлургическим магнатом Владимиром Лисиным (Новолипецкий меткомбинат), срок ее истекает в 2012 г. Поэтому, даже если решение о создании СП будет принято, реально работы на этом месторождении могут быть начаты лишь во второй половине следующего десятилетия.

Кроме того, в России на первый план вышел другой черноморский проект. В середине июня "Роснефть" и Chevron подписали соглашение о совместной разработке Западно-Черноморского участка в российском секторе. Только на геологоразведку здесь планируется потратить около $1 млрд. Общие затраты на разработку месторождения, запасы которого предварительно оцениваются более чем в 850 млн т нефти, могут достигнуть 1 трлн руб (около $32.4 млрд). Бурение здесь предполагается начать уже в конце 2012 г.

СРП Украина пока имеет только с Vanco в соответствии с договором, подписанным в 2006 г. сроком на 30 лет. Как известно, впоследствии оператором проекта разработки Прикерченского участка шельфа стала Vanco Prykerchenska, де-факто контролируемая уже не американским, а украинским капиталом. Сами же условия СРП, по мнению многих экспертов, не выгодны для Украины, так как предполагают большую долю отчислений в пользу оператора.

Изначально Vanco (кто бы ни стоял за этой компанией) заявляла о готовности вложить в проект около $15 млрд. Результатом его реализации стала бы добыча газа на уровне 4 млрд куб м и нефти — 3 млн т в год. Конкретные сроки не были определены: предусматривалось лишь, что компания в течение трех лет будет проводить геолого-разведочные работы, а на четвертый год приступит к бурению двух глубоководных скважин. Исходя из мировой практики, можно предположить, что для выхода на полную мощность понадобится еще не менее 5-8 лет.

Таким образом, если с Vanco будет заключен мир, и компания уже в этом году сможет приступить к реализации проекта, начало добычи газа и нефти можно будет ожидать в 2014-2015 гг., а достижение заявленного объема — после 2020 г.

Президент Киевского международного энергоклуба Александр Тодийчук предлагает не "изобретать велосипед", а использовать наработанный в других странах опыт по созданию международных консорциумов, в которых весомый (вплоть до контрольного) пакет акций принадлежал бы украинской компании.

Возможно и создание совместных предприятий по примеру, скажем, "Роснефть" - Chevron. Проблема может заключаться в том, что месторождения на украинском шельфе недостаточно велики, чтобы привлечь внимание крупных игроков. Ни одно из них по своим ресурсам не сравнится с Западно-Черноморским. Хотя украинский сектор, особенно в его глубоководной части, разведан далеко не полностью и может еще принести приятные сюрпризы.

В целом же можно сделать вывод, что Украина не уделяла должного внимания организации добычи газа и нефти на шельфе, используя, по большому счету, только тот задел, что остался от советских времен. Работа над освоением новых месторождений находится на "нулевом цикле", многие проекты еще не вышли за пределы декларации о намерениях. Чтобы добиться хоть каких-то реальных результатов, нужны годы, миллиардные инвестиции и умение договариваться с солидными иностранными партнерами.

В наиболее благоприятном варианте можно рассчитывать, что к 2020 г. в акватории Черного и Азовского морей будет добываться 6-9 млрд куб м газа и 4-7 млн т нефти в год. Это соответствует около 30 - 45% объема добычи газа в Украине в 2009 г. и в 1.4 - 2.4 раза превышает прошлогодние общенациональные показатели по нефти. Однако реальные результаты, скорее всего, будут гораздо более скромными.