Закрутилось…

Опубликовано в Нефть и газ, Статьи | Нет комментариев

…или почему «Южный поток» уже не остановить

«Южный поток» поддается жесткой критике в Украине. Ряд специалистов в Европе и самой России называют подводный газопровод «политическим проектом», критикуют правительство и «Газпром» за неоправданную трату огромных средств и даже сомневаются в том, что он будет когда-нибудь проложен. Однако события последних нескольких недель показывают, что «Южный поток» — это не блажь и не блеф. Судя по всему, его строительство будет начато в 2013 г. и завершится к концу 2015 г.

Черноморский фланг

Проект строительства газопровода «Южный поток», впервые анонсированный в июне 2007 г., с самого начала пользовался неоднозначной репутацией. Если у появившегося несколькими годами ранее Nord Stream были ресурсная база, контракты на поставку газа и поддержка со стороны Германии, то черноморская магистраль выглядела намного менее обоснованной. Специалистов смущали, в частности, высокие затраты, которые сейчас оцениваются не менее чем в EUR20 млрд, а также слабая проработанность вопросов с ресурсами газа и его покупателями.

Действительно, если изначально предполагалось, что по «Южному потоку» должен был пойти среднеазиатский газ, то теперь вероятность реализации подобного варианта выглядит уже не очень высокой. Согласно имеющимся соглашениям, львиная доля туркменского и казахского газа в обозримом будущем будет поставляться в Китай. Достаточно серьезным экспортерам газа в ближайшие годы должен стать Азербайджан, но правительство этой страны давно дало понять, что оно делает ставку на максимальную диверсификацию маршрутов поставок.

Планы «Газпрома» относительно существенного увеличения объемов добычи в связи с кризисом были пересмотрены. Некоторые проекты, например освоение Штокмановского месторождения в Баренцевом море, вообще отложены на неопределенное будущее.

Были и другие причины сомневаться в целесообразности строительства «Южного потока». Во время кризиса спрос на газ в Европе сократился, а доля «Газпрома» на европейском рынке резко снизилась. Сейчас европейские потребители предпочитают сжиженный природный газ (LNG), который из-за избытка предложения стал дешевле трубопроводного.

По прогнозам специалистов, такая ситуация может продлиться до 2013-2015 гг. Позднее же эстафету может принять сланцевый газ, значительные запасы которого найдены в ряде европейских стран. Наконец, Евросоюз последовательно выступает за развитие альтернативной энергетики, что в перспективе может привести к дальнейшему сокращению потребления традиционных энергоносителей.

До кризиса российские специалисты, готовя обоснование для Nord Stream и «Южного потока», считали, что к 2020 г. спрос на российский (именно российский) газ в Европе должен возрасти на 100-120 млрд куб м, что примерно соответствовало совокупной мощности обоих газопроводов. Однако сейчас эти прогнозы обоснованно ставятся под сомнение. Даже «Газпромэкспорт» прогнозирует увеличение спроса на импортный (от всех поставщиков) газ в Европе за период 2008-2020 гг. всего на 70-100 млрд куб м.

Таким образом, на первый план выходит политическая составляющая. По оценкам экспертов, продвижение проекта «Южного потока» преследовало две основные цели. Во-первых, строительство газопровода в обход Украины. Неслучайно проект «Южного потока» был обнародован через несколько месяцев после принятия Верховной Радой в феврале 2007 г. закона, которым прямо воспрещались продажа, трансфер, слияние, концессия, аренда, залог, включение в активы совместного предприятия, передача в управление кому бы то ни было ГТС Украины.

По-видимому, именно тогда российские власти сделали окончательный выбор в пользу обходной магистрали, перестав всерьез рассчитывать на получение доступа к украинской трубопроводной системе. «Газовые войны», последняя из которых отгремела в январе 2009 г., только укрепили их в этом решении.

Во-вторых, «Южный поток» изначально рассматривался как альтернатива поддерживаемому Еврокомиссией газопроводу Nabucco, который, как предполагалось, должен был направить каспийский и даже среднеазиатский газ в Европу в обход не только Украины, но и России. И эту цель пока удалось достичь: Nabucco до сих пор не имеет ресурсной базы, а его строительство выглядит весьма сомнительным.

Впрочем, точно такое же отношение у многих экспертов и к «Южному потоку». Особенно широко распространена эта точка зрения в Украине, где даже видные государственные деятели открыто называют проект излишним и ненужным, призывая Россию вместо этого сосредоточиться на расширении украинского транзитного потенциала с получением своей доли в управлении ГТС. Действительно, отношения между Украиной и Россией после смены власти кардинально улучшились, а реализация украинского проекта обойдется в несколько раз дешевле, чем прокладка подводного газопровода через глубоководную часть Черного моря.

Тем не менее, представители российского правительства и «Газпрома» в последние несколько месяцев неоднократно заявляли: вопрос об отказе от «Южного потока» на повестке дня не стоит и стоять не будет, что бы ни предложила Украина. Более того, в мае-июле Россия предприняла ряд мер по продвижению проекта на «дипломатическом фронте».

Газовая дипломатия

Одним из основных препятствий на пути реализации проекта специалисты называли недостаточную поддержку со стороны потенциальных транзитеров на юго-востоке Европы. В конкуренции между «Южным потоком» и Nabucco именно последний пользовался поддержкой Брюсселя, что ослабляло позиции российского проекта.

Наиболее проблемным участком считался болгарский. После того как в 2009 г. к власти в стране пришло правоцентристское правительство Бойко Борисова, София резко охладела ко всем крупным совместным проектам, продвигаемым Россией. Это в полной мере относилось и к «Южному потоку».

Болгарское правительство заявляло, что считает более важным для себя участие в Nabucco. А в проекте энергетической стратегии Болгарии, который стал достоянием общественности в начале июля, о «Южном потоке» вообще ни слова. Зато сообщалось о планах закупки трубопроводного азербайджанского газа (очевидно, через Nabucco) и строительства LNG-терминала.

Некоторые болгарские эксперты отмечали, что в перспективе страна может отказаться от закупок российского газа или сократить их до минимума. По другим данным, все эти «антироссийские» заявления следовало рассматривать в контексте подготовки к заключению нового контракта на поставки российского газа в Болгарию.

Однако в июне российские власти сделали сильный ход, начав переговоры с Румынией. В Москве состоялась встреча председателя правления «Газпрома» Алексея Миллера и министра экономики Румынии Андриана Видяну. На ней была достигнута договоренность о том, что Румыния может стать транзитной страной для «Южного потока». В ближайшие месяцы будет проведен технико-экономический расчет строительства магистрального газопровода через территорию Румынии, а также подземного хранилища газа.

Как отмечали российские эксперты, прокладка «Южного потока» через Румынию может быть даже более выгодной, чем через Болгарию. Подводная часть удлинялась не более чем на 20-30 км, а затраты на сооружение наземной части магистрали могли бы уменьшиться за счет расположения его параллельно планируемому нефтепроводу Констанца-Триест. Правда, при этом возникали бы некоторые трудности с ответвлениями на Сербию и Грецию.

Внезапное появление «румынской альтернативы» всерьез обеспокоило болгар, которые ранее были настроены на длительную «торговлю». Уже 6 июля в ходе визита в Болгарию российского вице-премьера Виктора Зубкова была достигнута договоренность о подписании соглашения по реализации проекта «Южный поток», а 16 июля сторонами принята «дорожная карта» проекта. Опасение потерять значительные транзитные доходы оказалось для Софии более весомым аргументом, чем все разговоры о диверсификации газовых поставок.

К «Южному потоку» подключилась и Македония, в середине июня подписавшая соответствующее соглашение с «Газпромом». А в начале июля было заявлено о создании совместной российско-греческой компании, которая займется строительством греческого участка газопровода. Как сообщалось, проект будет реализован несмотря на сложное финансовое положение Греции.

Наконец, в конце июня у «Южного потока» появился третий участник. Ранее этот проект совместно продвигался «Газпромом» и итальянской компанией ENI, а теперь еще одним партнером стала французская Electricite de France (EDF). Доля французов составила 10%, причем своим пакетом согласилась поделиться ENI. «Газпром», таким образом, сохранил за собой контрольный пакет.

Подключение EDF не только расширяет круг участников проекта и обеспечивает ему дополнительную поддержку со стороны Франции, но и гарантирует увеличение спроса на российский газ. Как заявляет руководство EDF, после запуска «Южного потока» поставляемый по нему газ будет использован, в частности, для выработки электроэнергии во Франции.

В июле «Газпром» неожиданно сделал предложение о вхождении в проект немецкой компании RWE — одной из инициаторов Nabucco. Обе стороны не афишируют переговоры по этому вопросу, и вообще только под давлением СМИ признали, что они вообще ведутся. Но само это предложение вызвало большой резонанс в Европе.

RWE традиционно считалась конкурентом российско-немецкого альянса между «Газпромом», E.ON Ruhrgas и BASF, и никогда не участвовала в совместных с российской корпорацией проектах. Все понимают, что если RWE даст согласие на участие в «Южном потоке», то на Nabucco можно будет окончательно ставить крест. Поэтому, скорее всего, RWE под давлением Еврокомиссии все же отвергнет предложение или спустит его на тормозах.

Не решенным пока остается только вопрос с Турцией. В ходе визита в эту страну Президента РФ Дмитрия Медведева в середине мая соглашение о прокладке газопровода через турецкую экономическую зону в Черном море так и не было подписано. Официально турецкие представители обещают дать свое согласие на строительство газопровода в ноябре. Судя по всему, «Южный поток» стал одним из направлений широкомасштабных российско-турецких переговоров в области энергетического сотрудничества. Разрешение на прокладку газопровода — серьезный козырь, и турецкая сторона постарается использовать его по максимуму.

Кстати, перед отъездом Медведева в Турцию российские СМИ сообщили о наличии еще одного альтернативного проекта газопровода, который предусматривает прокладку трубы через украинскую экономическую зону. Однако пока правительство Украины настроено резко против строительства «Южного потока». И понять эту позицию несложно: Украине есть, что терять.

Нормальные герои всегда идут в обход

Сегодня мощности «Южного потока» представляются избыточными (особенно с учетом Nord Stream) и останутся таковыми в обозримом будущем. В отличие от Nord Stream, который строится в две очереди, трансчерноморский газопровод пока официально не разделяется на стадии.

Согласно заявлениям представителей «Газпрома», начало строительства запланировано на 2013 г., окончание — на 2015 г., при этом мощность сразу же указывается на уровне 63 млрд куб м в год. Даже если вначале будут продолжены две из четырех запланированных ниток газопровода, объем дополнительных поставок только по южному маршруту составит около 30 млрд куб м, к которым следует добавить 27.5 млрд или все 55 млрд куб м Nord Stream.

В то же время экспорт российского газа в Европу упал с 184.4 млрд куб м в 2008 г. до 142.9 млрд куб м в 2009 г., а на текущий год «Газпром» пока прогнозирует увеличение поставок всего лишь на 1.4%, до 145 млрд куб м. Учитывая неблагоприятные экономические тенденции в Евросоюзе, российская корпорация в ближайшие два-три года вряд ли сможет вернуться даже на докризисный уровень, а доведение объема поставок до более 200 млрд куб м в год вообще сдвигается на вторую половину следующего десятилетия.

В такой ситуации реализация проекта «Южного потока» выглядит прямой угрозой интересам Украины. Ведь загрузка газопровода в первые годы после завершения строительства может быть обеспечена только за счет перераспределения газовых потоков. В первую очередь — за счет сокращения объемов транзита через украинскую ГТС.

Активизация деятельности «Газпрома» и Правительства РФ на южном направлении свидетельствует о том, что «Южный поток» прошел точку невозврата. Заключение важнейших соглашений с транзитными странами и подключение к проекту EDF говорит о твердом намерении проложить газопровод. Эти шаги уже слишком далеко вышли за пределы «просто торговли» с Украиной, отыгрывать их назад — значит потерять уважение со стороны партнеров.

Таким образом, можно практически со стопроцентной уверенностью заключить: «Южный поток» будет построен. Сорвать реализацию проекта могут совершенно уж экстремальные «форс-мажоры» (например, где-то произойдет грандиозная авария на подводном газопроводе либо, скажем, Турция наотрез откажется пропустить трубу через свои воды).

Следует отметить, что у инициаторов строительства «Южного потока» есть своя логика, которую тоже необходимо принимать во внимание. Прежде всего, на рынке газа принято планировать свои действия на длительный период. Не зря стандартный срок действия долгосрочных контрактов составляет 25-30 лет. «Южный поток», по большому счету, не нужен сегодня, он может оказаться не нужным и в 2015 г., но газопровод строится не на год и даже не на десять лет.

Потребление природного газа в Европе будет расти. Это наиболее «чистый» из ископаемых энергоносителей, которые и в ближайшие несколько десятилетий сохранят свои позиции в энергетическом балансе человечества. При этом собственная добыча газа из традиционных источников в Европе будет сокращаться. Сланцевый газ, газовые гидраты — это отдаленная перспектива, причем, и через 15-20 лет отдача от этих источников будет исчисляться, в лучшем случае, десятками миллиардов куб м в год. В масштабах европейского рынка это мало, может, чуть более десяти процентов. Как считают эксперты «Газпрома», Европе — пусть не в 2015 г., а в 2025-2030 гг. — понадобится дополнительный газ, а у российской компании к тому времени уже будут резервные мощности по его поставке.

Что касается высоких затрат на строительство «Южного потока», то в долгосрочном плане они вполне покрываются меньшими расходами на транзит. Сегодня стоимость транспортировки 1 тыс куб м газа через ГТС Украины составляет около $2.7 за 100 км при средней длине украинского участка около 1100-1200 км. Протяженность «Южного потока» в его подводной части составит только около 900 км, а оплата транзита, скорее всего, будет осуществляться по его себестоимости. При загрузке газопровода на уровне 40-50 млрд куб м в год, это, в первом приближении, может дать не менее (а то и более) $1 млрд годовой экономии по сравнению с затратами на прокачку того же объема газа через ГТС Украины.

Не допустить строительства «Южного потока» надо было раньше — в 2007 г. или даже 2005 г. Сейчас уже слишком поздно. Пожалуй, украинскому правительству следует планировать развитие отношений с Россией в газовой сфере, принимая этот факт, как данность. И искать возможности для наилучшей реализации национальных интересов даже в такой ситуации.

Виктор ТАРНАВСКИЙ